Хрупкое счастье

prew
источник: Яндекс-фото

 
Они были вместе несколько лет, хотя казалось, что так было всегда. Ни дня, ни минуты друг без друга. Их души плескались в лучах любви, наполняя каждый новый день необыкновенным трепетным светом. Они дышали друг другом, словно были одним целым, совершенно не задумываясь о природе своих отношений. А между тем это было дыхание счастья, ведь счастье — хрупкий и ранимый организм, для которого гармония — единственно возможная среда обитания. Именно в такие моменты нам кажется, что мы живём по-настоящему. Только такие эпизоды вспоминаются с теплотой и нежностью, возвращаясь к нам из прошлого крошечными частичками того безграничного восторга. И когда вдруг по каким-то непостижимым причинам что-то начинает происходить «не так», нам кажется, что жизнь замедляет свой бег, подобно стремительному железнодорожному составу, внезапно дрогнувшему всем своим могучим телом перед красным сигналом семафора.
Впрочем, тогда они наслаждались чудом, имя которому любовь, не осознавая и не желая думать, что все могло сложиться как-то иначе. Он, шутя, называл её своей маленькой Лу, а она в ответ ласково дразнила его плюшевым Эдди.

Шли годы. Он много работал. Очень много. Успех и достаток никому не даются легко, ну или почти никому. Тем же, кто покорил вершину мнимого благополучия, рано или поздно приходится расплачиваться за это восхождение собственным счастьем — подлинным и безусловным.
Обыденность медленно, но неотвратимо стирала яркие цвета праздника, хотя их дом по-прежнему оставался островком любви, несмотря на все ухищрения этого злобного мира. Было так, потому что она так сильно, так неистово желала этого счастья, так упорно стремилась к нему, не замечая ни ставшей уже привычной раздражительности Эдди, ни его отстранённого и опустошённого от усталости взгляда. Работа, проблемы… Она всё понимала. Не задавала лишних вопросов, старалась угодить, когда выпадали редкие выходные. Её любовь обволакивала их гнёздышко легким волшебным облаком, и тогда в её фантазиях дом обретал очертания огромного доброго пса, бережно хранящего покой своих хозяев.
В день рождения он дарил ей букет цветов. Впрочем, быть может, и чаще. Она каждый вечер встречала его в прихожей, когда он, ссутулившись, возвращался с работы. Лу обнимала своего Эдди за плечи и прижималась к нему всем телом, растворяя его усталость нежными поцелуями.
Он улетал по делам, а она, уютно свернувшись в кресле, читала старый роман в истёртом переплёте. В день его возвращения она жертвовала встречей с лучшей подругой, чтобы успеть приготовить к долгожданному ужину что-то совершенно невообразимое.
Маленькая, словно Дюймовочка, Лу вставала вместе с ним ни свет ни заря и старательно отглаживала его белоснежную сорочку, а он, как обычно, опаздывая, нервно хлопал дверью, отчитывая её за нерасторопность. Даже тогда, когда он был в отпуске или на больничном, его телефон разрывался от канонады деловых звонков, она же — тихонько, чтобы не спугнуть мечту, — размышляла о том, как подарит ему малыша, свято веря, что Господь подслушает её мысли и чудо вот-вот произойдет.
Он всё чаще звонил по вечерам и говорил, что задержится, а она аккуратно ставила в вазу только что купленные цветы и, чуть отодвинув край занавески, терпеливо ждала своего плюшевого Эдди. И когда уже далеко за полночь на углу дома загорались огоньки знакомых фар, она, облегчённо вздыхая, поправляла стоящий рядом букет и спешила в прихожую.
Однажды малышка Лу потратила полдня на новую причёску, чтобы удивить своего единственного, а Эдди, вернувшись вечером, прошёл мимо неё, не поднимая головы. Как ребёнок, она радовалась доставшимся с невероятным трудом билетам на премьеру любимого театра, он же неожиданно срывался с друзьями на охоту и, чмокнув её в заплаканную щёку, огорчал небрежно брошенной фразой: «Сходи с подругой».

Это случилось на одной из презентаций. Он увидел роскошную стройную блондинку и весь оставшийся вечер так и не смог вырваться из орбиты её магического притяжения. Глаза, губы, фигура! Он слегка ослабил ворот рубашки, потому что пульс бесился в висках, угрожая вырваться наружу, и дыхание сбивалось с обычного, размеренного ритма. Ее звали Лилит. Она гордо смотрела на суетливых людишек сверху вниз, излучая какую-то невероятно вульгарную красоту, извергая на всех присутствующих мужчин лавину бешеной, необузданной сексуальности. Лишь на мгновенье он поймал её загадочный взгляд, когда, проплывая мимо, она одарила его шлейфом сказочного аромата своих духов. В ту же секунду, словно повинуясь движению невидимой волшебной палочки, все его мысли и чувства устремились к ней, к демонически прекрасной незнакомке. И так некстати задремавший ангел-хранитель не успел отвести своего подопечного от края зияющей пропасти всеразрушающей страсти.
Той же ночью, по телефону, нелепо оправдываясь, он сообщил, что переночует у друга, а спустя несколько дней снова позвонил домой и сказал, что не приедет. Никогда. Потом говорил что-то еще, но маленькая Лу уже была не в состоянии что-либо воспринимать. Огромные, распухшие от слёз и бессонницы глаза — это всё, что осталось от неё прежней. Она растерянно стояла у окна рядом с увядшими цветами, лепестки которых съёжились, а стебли уныло свисали с края вазы. Она вдруг ощутила себя цветком из этого, едва живого букета, и ей показалось тогда, что жизнь остановилась.

Он все чаще подъезжал к офису своей новой возлюбленной с огромным букетом роз, а она ускользала от него, ныряя в серую пелену осеннего вечера. Он дарил ей дорогие подарки, она же не обращала на них никакого внимания, прячась от него в маленьком окошке своего ноутбука. В ресторане за ужином он что-то увлечённо рассказывал ей, но она смотрела мимо; мимо него, неприлично разглядывая молодого высокого официанта, стоящего у столика напротив. Он всю ночь яростно колесил по городу в поисках своей Лилит и лишь под утро находил её в экзотическом ночном клубе в объятиях шумной компании. Он убегал с работы раньше обычного, чтобы поскорее увидеть её, но в квартире его ждала лишь зловещая, напряжённая тишина.

В последний день их пребывания в Праге она просто не появилась в аэропорту, отправив ему скупое sms с единственным словом: «Прощай». Он улетал один, в прострации, опустошив купленную в duty free бутылку виски, и неделю ждал от неё звонка. Потом ждал ещё. Но она больше не позвонила. Никогда.

Он посмотрел в зеркало и провёл рукой по небритой щеке. Мешки под глазами стали уже привычным «декором», независящим от времени суток. И тут он вздрогнул, словно его затуманенный алкоголем мозг пронзила молния. Судорожно схватившись за телефон, как за соломинку, он набрал тот далёкий, почти забытый номер своей маленькой и нежной Лу. За секунды ожидания в его отяжелевшей голове пронеслось всё: и их первая встреча, и счастливая бедность двух влюблённых, и её руки на его усталых плечах, и глаза, её большие добрые глаза!
«Абонент недоступен», — как контрольный выстрел, прозвучал леденящий кровь голос автоответчика, и тогда он с ужасом осознал, что жизнь остановилась.

И все же спустя некоторое время их пути пересеклись. Он случайно увидел так нелепо потерянную когда-то Лу на улице небольшого провинциального городка, куда судьба забросила их независимо друг от друга — каждого по своей траектории. Их взгляды встретились; в тот момент даже самые пронзительные слова оказались бы лишними, и её величество Любовь вновь наполнила алые паруса надежды свежим ветром долгожданных перемен. Однако Лу внезапно затерялась в пёстрой толпе, и Эд тщетно бродил по окрестностям в надежде снова обрести своё счастье.
Вернувшись в их старый дом, ещё хранивший тепло прежней любви, и не найдя в нём крошки Лу, он пустился в скитания по миру, заедая дорожной пылью горечь одиночества.
Через год Лу случайно узнала, что Эдди неизлечимо болен. Она бросила всё и примчалась в дальний уголок планеты, чтобы разделить со своим возлюбленным выпавшие на его долю страдания. Девушка устроилась на работу в хоспис, где Эдди вёл счёт последним дням своей жизни. Она жалела лишь о том, что не узнала об этой беде раньше. Лу простила своего любимого. За время, которое они прожили врозь, — время, казавшееся ей вечностью, она незримо ощущала его присутствие — в каждом движении, в каждом вздохе, а потому Богу ничего не оставалось, как подарить Эдди жизнь. Что Ему стоило? Сущие пустяки; Он же Бог! Да и мог ли Господь не вмешаться? Ведь, спасая Эдди, Он спасал Любовь. Свершилось чудо — невероятное для всех, кроме Лу и Всевышнего. Эдди поправился. С тех пор они неразлучны и очень хочется верить, что навсегда. А совсем недавно у них родилась прелестная малышка Санни.

«Всё могло бы сложиться не так драматично, если бы…» — скажет читатель, но путь к счастью, как правило, тернист и извилист. Едва ли можно по-настоящему насладиться вкусом воды, не испытав мучительной жажды. Любовь — награда для тех, кто чист сердцем, и испытание для каждого, кто сбился с курса в беспокойном океане жизни. Страсть, ревность, привязанность… — слова, вырванные из контекста главного романа всех времён под названием «Любовь». Любовь — великое таинство, соединяющее людей друг с другом и одновременно с Небом.

 

Андрей Уваров 2010

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *